 
|
 |
|
|||||||
|
||
|
28 Мая 2002, Вторник 13:51 GMT+03:00 |
архив и расширенный поиск новостей
|
|
|
Перед встречей “большой четверки” (ООН, ЕС, США, Россия) по Ближнему Востоку в Москве нарастает дипломатическая активность ее участников и тех, кого она должна коснуться. 17 мая в Москве прошла встреча министра иностранных дел Египта Ахмеда Махера с его российским коллегой Игорем Ивановым. Тема встречи – перспективы международной конференции по Ближнему Востоку. По окончании – оба министра высказали взаимную удовлетворенность итогами переговоров и заявили, что их позиции совпадают по многим вопросам. Махер не случайно срочно устремился в Москву, уже 18 мая египетский министр окажется в Бейруте, где на переговоры собираются министры иностранных дел арабских стран. Темой этих переговоров должна стать новая геополитическая ситуация, сложившаяся в регионе после завершения израильской военной операции “Защитная стена”. По мнению американских и ряда израильских аналитиков, она открыла новое “окно возможностей” для возобновления мирных переговоров между Израилем и ПА при выполнении ряда условий. Главным из них со стороны США и Израиля является требование проведения демократических и экономических реформ в ПА и “мягкой” замены ее лидера Ясера Арафата. Арафат вроде бы даже согласен на это, но требует прекращения “израильской оккупации”, то есть территорий занятых ЦАХАЛом в ходе военных операций 2001-2002 года. Разумеется, это условие полностью поддержал в ходе визита и египетский министр. Он безапелляционно заявил, что до начала мирной конференции Израиль должен вывести войска с этих территорий. Ахмед Махер также считает участие лидера Палестинской автономии Ясера Арафата одним из главных условий международной конференции. Попытки Египта, как одной из наиболее мощной арабской страны региона, добиться поддержки Россией своей (а точнее проарабской и пропалестинской) позиции – вполне понятны. А в чем же состоит позиция России? Накануне встречи с Ахмедом Махером официальный представитель МИД РФ Александр Яковенко дал обширное интервью РИА "Новости". Общие слова, типа “укрепления дружественных связей”, “Египет – один из ведущих партнеров России на Ближнем Востоке” (что, кстати, является неверным, ибо объем торговли России с Египтом составил в 2001 году, по словам самого мидовца, 400 миллионов долларов, а с тем же Израилем, по данным экспертов, товарооборот превышает 600 миллионов долларов). Затем следует ни из чего не вытекающий вывод о том, что “по большинству проблем мировой политики позиции России и Египта близки или совпадают”. В чем? Цитируем Яковенко. “И Россия, и Египет глубоко обеспокоены опасным развитием событий, прежде всего в связи с эскалацией насилия, проведением военной операции Израиля на палестинских территориях, выступают за безотлагательное выполнение резолюции 1402 СБ ООН”. Эта резолюция, напомним, однозначно осуждает Израиль за действия против палестинского народа. Позиции Росси и Египта оказываются близки даже по столь щекотливому вопросу, как определение столицы палестинского государства и контроль над святыми местами Иерусалима. Когда глава МИД Египта Ахмед Махер заявил, что, Египет рассматривает Иерусалим в качестве столицы Палестины, поэтому "ни о каком контроле (имеется ввиду Израиля – прим.авт.) над святынями не может быть и речи", Игорь Иванов произнес очень ясную фразу: "Чтобы еще раз отметить тот факт, что позиции Москвы и Каира совпадают, я лишь подчеркну, что мне нечего добавить". Означает ли это, что Россия действительно полностью поддерживает проарабскую (и пропалестинскую) позицию? Это не совсем так. Многие российские аналитики сомневаются в том, что у России вообще есть в настоящее время внятная ближневосточная политика. Эксперты выделяют четыре группы “сил влияния” на российскую внешнюю политику. Прежде всего, они отмечают, что большая часть общества (по крайней мере, согласно социологическим опросам) достаточно безразлично относится к израильско-палестинскому конфликту. В отсутствии государственного антисемитизма отрицательное отношение к лицам кавказской национальности вполне перекрывает сравнительно низкий уровень бытового антисемитизма. В то же время, значительная часть мусульманского населения России твердо стоит на позициях поддержки палестинцев. На государственном уровне борются две тенденции: державно-либеральная и державно-патриотическая. Державно-либеральную представляют те государственники, которые полностью отождествляют борьбу, которую Израиль ведет с палестинским террором, и чеченскую войну, не обращая внимания на их принципиальную разницу. Тем не менее, они полностью поддерживают Израиль, акцентируя внимание на борьбе с исламским экстремизмом. Наиболее резко их позицию выразил Глеб Павловский в недавней статье “Суслик и Мямлик в гостях у Познера”. Давно не приходилось слышать столь язвительных выражений в российских СМИ в адрес одного из самых высокопоставленных министров. Известный политолог сравнил Иванова с Мямликом, не имеющим своего мнения по Ближнему Востоку. Далее он еще приравнял министра и к Суслику, который не осмеливается осудить палестинских террористов, совершивших недавний теракт в израильском городе Ришон ле-Ционе. Стоит привести еще одну цитату Павловского, весьма точно выражающую суть дела: “Готовя саммит Россия - США, цель которого – оформить осевой союз воюющей мировой коалиции, МИД другой рукой поглаживает террористическую структуру в Палестине. России полезен новый союзник Саддама на Ближнем Востоке? И кто гарантирует нам, что, возникнув единожды, палестинское государство не станет военно-террористическим режимом, каким остается уже десяток лет?” Как говорится, “…умри Денис, лучше не скажешь”. Другую группу представляет государственники, для которых США по-прежнему остается главным врагом, а сионизм – “прихвостнем американского империализма”. Они по-прежнему рассчитывают на арабов и вообще исламский мир, как союзников по борьбе с гегемонией США. Аналитики делают вывод, что президент Путин попал в тупиковую ситуацию. Наличие значительной части мусульманского населения, да еще в условиях войны в Чечне заставляет его воздерживаться от открытой поддержки Израиля. А поддержка, оказанная России Израилем в борьбе с тем же чеченским террором, плюс наличие значительной еврейской общины в России и русскоязычной в Израиле не позволяет России идти дальше словесного осуждения. В итоге Россия имитирует бурную деятельность на Ближнем Востоке, давно не выдвигая собственных предложений и ограничиваясь давно навязшими в зубах резолюциями ООН или солидарностью с идеями других стран. Создается впечатление, что в этой ситуации Россия хочет только одного: чтобы ее “уважили” и оставили в покое с израильско-палестинским конфликтом. От коспонсорства мирного процесса Россия не может извлечь никакой практической пользы, подвергаясь при этом критике с обеих сторон. Единственным утешением для российских политиков может служить лишь тот факт, что израильское внешнеполитическое ведомство тоже не смогло за истекшее десятилетие совершить прорыв в отношениях с Россией. Однако нейтралитет России хотя бы с дружеским оттенком весьма важен для Израиля, ибо в составе четверки Россия приобретает ключевую роль. Однозначно проарабская позиция ООН и ЕС заставит США искать поддержки России в подготовке ближневосточного саммита. У России, таким образом, появляется шанс – наконец получить политические дивиденды, в том случае, если она наконец сформулирует свою ближневосточную политику. вернуться к статье | вернуться в раздел Все по теме: Арабо-израильский конфликт
|
|
|||||||||||||
|
|
|||||||||||||
 |
Copyright © 2000/2002 Media International Group Размещение рекламы
|
|
|
|
 
|
|
|
|
Экспорт новостей Информация о сервере Email:
|
||||