29.07 15:53 Александр Чепалов
Александр Щетинский: музыка в ожидании интенданта
Произведения лауреата шести международных конкурсов, автора нескольких опер и множества вокально-хоровых и камерных сочинений Александра Щетинского часто звучат на престижных фестивалях Европы и Америки, их включают в свои программы ведущие мировые исполнители и коллективы - московская "Геликон-опера", Би-Би-Си, Национальный окестр Уэльса, Варшавский филармонический оркестр, детский хор "Мэтр радио Франс", струнный квартет Ардитти. У себя на родине, в Украине, и в России Александр Щетинский известен также как организатор музыкальных фестивалей, в том числе известной серии концертов "Новая музыка".
- Александр Степанович, для вас те концерты были чем-то особенным?
- Конечно. Мне и сейчас кажется, что классическая музыка ХХ века занимает чрезвычайно малое место в концертных программах. Ее плохо знают, для ее адекватного восприятия нужен опыт, вот я и пытался этот опыт расширить. Мне хотелось дать толчок, показать, что современная классика обязательно заинтересует слушателя, если концерт хорошо организован, есть толковые комментарии и исполнители на высоте. И действительно, на этих вечерах не было проблем с публикой. Для меня же самого организация концертов была делом хлопотным, а помогать мне никто - скажем, руководство местной филармонии - не рвался. Я рад, что осуществил тогда этот проект, но все-таки моя основная работа - композиторская.
- Тем не менее идею продвижения новой музыки вы не оставили...
- Я этим занимаюсь еще со студенческих лет. В начале 1980-х, когда я учился в консерватории, иные передовые композиторы, к примеру Альфред Шнитке, Эдисон Денисов, Софья Губайдуллина, никогда не звучали на центральных каналах радио и телевидении. Но оказалось, что на Харьковском радио - очевидно, по недосмотру цензуры - можно было рассказывать об их музыке, что я и делал неоднократно. В годы перестройки удалось организовать несколько фестивалей камерной музыки. Позднее я начал работать со львовским фестивалем новой музыки "Контрасты", наше сотрудничество продолжается и сегодня. После моего переезда в Киев устраиваю концерты новой музыки и в столице, как-то уже не могу без этого, хотя организационные заботы и отвлекают от собственно творческой работы.
- Идеологический контроль в советское время вас не тяготил?
- Конечно, тяготил, но, к счастью, в 1980-е годы, когда я начинал, уже не было очень жесткого прессинга. "Авангардизм" советские идеологи не поощряли, но все же терпели. Борьба с "вредными течениями" постепенно выродилась в борьбу с конкретными авторами, которые раздражали партийных чиновников своим непослушанием и успехами на Западе. В дальнейшем в руководстве культурой произошла смена поколений, и "конфликт стилей" исчез окончательно. Остались другие, как оказалось, более фундаментальные опасности: безразличие к судьбе культуры, самоуспокоенность, тихое профессиональное болото, отсутствие дерзаний, подмена подлинного творческого успеха чисто внешними его имитациями - всякого рода почетными званиями и наградами, давно превратившимися в пустые побрякушки.
- А как эта ситуация отразилась на вашем собственном творчестве?
- Я стараюсь не обращать внимания на препоны. Еще в конце 1980-х годов мою музыку стали исполнять на Западе. Со временем наладились отношения с музыкантами в Киеве и особенно во Львове. А вот в родном Харькове было почти полное игнорирование - за последние 20 лет там прозвучали всего три-четыре моих небольших камерных сочинения, при том, что ежегодно по нескольку десятков моих произведений звучало в разных странах, на престижных фестивалях, в программах выдающихся артистов. Впрочем, я никогда никого не уговаривал меня играть - ни на родине, ни за границей.
- Тем не менее ваша музыка и сегодня чаще исполняется за рубежом, чем дома...
- Сейчас уже нет былого разрыва. Правда, ни одна из моих опер в Украине так и не поставлена. После консерватории я больше занимался камерной и симфонической музыкой. Сочинения, как правило, писались не "в стол", а для конкретного фестиваля, исполнительского коллектива или международного композиторского конкурса. Но в какой-то момент показалось, что пора расширять жанровый диапазон. К этому подтолкнуло и знакомство с Алексеем Париным, соавтором либретто всех моих опер. Нашей первой работой стала опера "Благовещение" на библейский сюжет. Ее поставили в московском театре "Геликон". Этот театр пользуется скандальной репутацией, на премьере журналисты ожидали какой-то нездоровой сенсации. Однако никакого скандала не случилось, желтая пресса была явно разочарована, зато серьезным критикам и публике спектакль понравился. Следующей моей оперой стала "Слепая ласточка" по мотивам биографий и произведений русских писателей-классиков - Пушкина, Гоголя, Достоевского, Толстого, Чехова и Блока. Этой оперой продирижировал замечательный музыкант Теодор Курентзис, потом он взялся за мистерию итальянского композитора ХVI века Эмилио де Кавальери "Действо о душе и теле", которую я заново оркестровал. Курентзис также инициировал и исполнил две мои кантаты для хора и оркестра. Эти сочинения тоже пока в моей родной стране не звучали.
- А в чем причина? Разве нет в Украине квалифицированных музыкантов?
- Достойные исполнители есть, но не все от них зависит. Не хватает грамотного, системного музыкального менеджмента, нацеленного на продвижение национальной культуры. Организационными вопросами занимаются, как правило, сами же музыканты. Но времена изменились. Теперь и в сфере классической музыки трудно обойтись без профессиональных импресарио. В поп-индустрии это произошло гораздо раньше, там уже давно правят бал продюсеры.
- Может быть, классика просто коммерчески не привлекательна?
- Это не совсем так. Ведь во всем мире благополучно работают оперные театры и концертные залы. Некоторые получают государственные субсидии, другие зависят от спонсоров, которых упорно разыскивают администраторы. Надо заметить, что никому деньги не приносят на блюдечке. Однако дело не только в объемах финансирования, но и в умении эффективно распорядиться полученным ресурсом. Это очень актуально - научиться тратить с умом даже те крохи, что поступают в распоряжение творческих коллективов. Вторая сторона дела - а может, и первая по важности - творческая. Недаром на Западе оперные театры возглавляют не директора и даже не художественные руководители, а интенданты. Это особая должность, требующая сочетания организационных и творческих способностей. Интендант разрабатывает стратегию развития театра - что ставить, каких артистов приглашать, от кого и от чего избавляться. Он же несет персональную ответственность за состояние дел в театре. Если дела идут хуже, чем ожидалось, интенданту не продлевают контракт и приглашают на его место кого-то другого.
- Интенданты могли бы прижиться на постсоветском пространстве?
- Конечно, но при условии реформы всей театрально-концертной сферы, которая сейчас расхлебывает пережитки советского прошлого. Давно пора ввести контрактную систему для артистов. Или возьмем проблему "репертуарного театра". Опера или балет после премьеры идут на сцене иногда многие годы. Каждый очередной показ спектакля проходит, как правило, без репетиций, иначе и быть не может, потому что певцы и оркестранты уже работают над другим спектаклем. А старые постановки тем временем, как говорится, "разбалтываются". На Западе театры работают совершенно иначе, по так называемой проектной системе. С недавних пор к ним присоединился и Большой театр. Теперь там нет собственного главного дирижера и режиссера, на каждую новую постановку приглашают кого-то из ведущих дирижеров и режиссеров, а также артистов - звезд международного класса. После премьеры на несколько лет вперед составляется расписание, когда этот спектакль с тем же составом исполнителей будет снова показан. Первая ласточка этой реформы в Большом - постановка оперы Альбана Берга "Воццек", осуществленная дирижером Теодором Курентзисом и режиссером Дмитрием Черняковым. Эта опера чрезвычайно сложна для исполнения. В России она ставилась единственный раз в 1927 году, еще при жизни автора, а в Украине вообще никогда не звучала - факт очень печальный, поскольку "Воццек" - это не просто гениальное произведение, но еще и краеугольный камень всей современной музыки. Спектакль в Большом театре получился просто феноменальный, это художественная сенсация мирового уровня. Как бы хотелось бы побольше подобных событий!
ДОСЬЕ:
Александр Степанович Щетинский родился в 1960 году в Харькове. В 1983 году закончил Харьковский институт искусств. Среди вдохновителей его творчества – известный украинский композитор Валентин Бибик, а также представители так называемого советского авангарда - Эдисон Денисов, Альфред Шнитке, Арво Пярт, Софья Губайдулина. Список его работ включает сольные и ансамблевые сочинения для различных составов, вокальные, хоровые и оркестровые композиции. С конца 1980-х его музыка звучала на фестивалях и концертах в Европе и Америке, в исполнении всемирно известных коллективов. Александр Щетинский не только пишет музыку, но и читает лекции и проводит композиторские мастер-классы в Австрии, Германии, Македонии, Голландии, Польше, Швейцарии, Словакии, Украине. Щетинский - лауреат ряда престижных конкурсов. В 2000 году постановка его камерной оперы "Благовещенье" в московском театре «Геликон-опера» была отмечена Российской национальной театральной премией «Золотая маска». Александр Щетинский написал музыку к художественному фильму Las Meninas украинского режиссера Игоря Подольчака.
Все по теме
Комментарии
Суббота, 02 августа 04:48 GMT+02:00
