Нуца: Ни дня без Каббалы

Нина. Нино Шаншиашвили. Нинуца. Нуца. Певица, автор, актриса, художник. Внучка двух бабушек выпускниц Смольного института благородных девиц. Дочь скульптора Джамала Шаншиашвили и актрисы Мзии Маглакелидзе. Поет на двенадцати языках. Персональные выставки в Нью-Йорке, Париже, Москве, Тбилиси. Спектакли с ней ставит сам Виктюк. Встретив Нуцу на вечере балерины Нины Ананиашвили. Нуца пела у рояля. Роман Григорьевич услышал. Подошел. "- Вы моя Пиаф!". С этой фразы началось сотрудничество великого режиссера и грузинской исполнительницы джаза. "На" Нуцу ходят к Виктюку. Он поставил с участием Нино спектакль "Эдит Пиаф. Мой легионер" и "Любовница любви". Вот как он рассказывает об актрисе: "Нуца была и есть для меня первой и единственной исполнительницей, которая своим неуемным темпераментом, мировосприятием, бунтарством и внутреннем духовном богатством совпадает, по сути, с Эдит Пиаф - с той, кто в моем представлении и есть истая жрица любви". Нуца делит время между Тбилиси, Москвой и Нью-Йорком, мечтает о жизни в Иерусалиме.

- Расскажите про грузинское детство, про дом атмосферу, Тбилиси вокруг

- Прекрасные воспоминания. Самые светлые. Праздничные. Я выросла на музыке. В доме всегда много играли и пели. Мать актриса, бабушки, воспитывавшиеся в России, прекрасно исполняли романсы. Любовь, тепло, и море света. Много гостей. Смех веселье, постоянные шутки.

- Бабушек своих помните?

- Да конечно. Они жили с нами. Бабушки музицировали. Они научили меня любить музыку, языки. Именно бабушки настояли на том, чтобы я изучала французский. Бабушки пользовались невероятным уважением в нашем доме. Никто не вправе был с ними спорить, но они крайне редко пользовались своим правом "вето". Бабушки дарили счастье окружающим. Они были одновременно строгими и любящими. Ласковыми, но требовательными. Я многое взяла именно от бабушек. У них был некий внутренний стержень. Они держались невероятно царственно. Помню, как, закончив романс, бабушка заламывала руки и мечтательно говорила: "Ах, как я его любила!" Я смеялась, мне было очень смешно. А сейчас я ее очень хорошо понимаю.

- Как пришло решение стать именно певицей - насколько я понимаю из профильного образования у вас только обязательная в те времена для каждой девочки из интеллигентной семьи музыкальная школа?

- Я в детстве все решила. Решила - буду певицей. Очень хотелось стоя на сцене радовать своими песнями зрителей. Но для грузинских родителей, даже таких открытых и интеллигентных как мои, сама мысль о том, что их дочь будет поступать в театральный была неприемлема. Пришлось выбирать что-то другое. Я очень хорошо рисовала, поэтому поступила в Художественную академию. Успешно окончила ее (мастерская З. Нижарадзе), и совершенно не жалею об этом. Мне это образование потом неоднократно служило добрую службу. Но песня все равно победила, и я вернулась на сцену. Пение для меня было и остается главной составляющей жизни.

- Как пробивались - ведь от Тбилиси до театра Виктюка путь неблизкий?

- Пробивалась? Когда в Тбилиси пришла война, я убежала. Сначала в Санкт-Петербург, потом в Москву. Жила у бабушки моей тбилисской подруги. Случайно познакомилась с Жаком Даниэлем, киноактером. Он помог мне устроиться в маленький ресторанчик "У Давида". Я начала зарабатывать деньги. Затем меня заметил Моисеев, позвал к себе. Потом нашел режиссер Михаил Горевой и пригласил в пьесу Израэля Горовица "Черта". За эту роль получила театральную премию "Чайка". Потом мы встретились совершенно случайно с Романом Григорьевичем. Он предложил мне сотрудничество. Поставил Пиаф, где я исполнила главную роль. Легионер-летчик с которым начинающая шансонетка провела одну ночь, а потом он ушел на войну и погиб. А позднее появилась песня "Мой легионер". Взяв за основу эту трагичную ситуацию драматург Ксения Драгунская сочинила пьесу. Идея принадлежит Рашиду Выборгу, талантливому драматургу, рижскому татарину. Виктюк поставил ее. С этим спектаклем мы объездили весь мир. Где только не играли. Во время гастролей в Нью-Йорке я встретила своего мужа. Он и стал идейным вдохновителем другого моего спектакля - "Любовницы любви" (постановки с которой Нуца приезжает в Израиль на этот раз - прим. ред.)

- Спектакль "Любовница любви" существует восьмой год. За это время он претерпел изменения?

- Очень незначительные, несмотря годы и географию. Это некий моно-мюзикл по замыслу и спектакль - по форме, по пластике, по силе актерской игры.

- Ваши художественные вкусы и оформление "Любовницы любви" сочетались с предложениями Карла Лагерфельда (он указан в качестве автора костюмов к спектаклю)?

- Считаю его великим человеком, однако напрямую с ним не общалась. Мы ездили к нему в мастерские, где специально для меня сконструировали несколько концертных платьев. В частности то, в котором я выхожу на сцену - шелковое с белыми воланами на манжетах и воротнике. Сам же Лагерфельд отсутствовал в тот момент. Мы общались с его ассистентами.

- Вы неоднократно говорили, что ваши кумиры Шульженко и Фитцждеральд - почему именно они?

- Они - потому что это личности. Потому что они - женщины сумевшие рассказать о себе. Рассказать историю жизни в песнях. Гениальные рассказчицы. И Клавдия Ивановна и Элла Фитцждеральд пронзительны в своем творчестве. Каждая из них уникальна и неповторима. Сказочницы.

- Присоединилась ли к ним Пиаф в последние годы?

- По поводу Эдит могу сказать, что иногда мне кажется, что она позвала меня, призвала исполнить роль. Как бы, благословила с небес. Я пою и чувствую, что Пиаф будто наблюдает за мной. Все ли я делаю правильно, не фальшивлю ли, не путаюсь. Пока все идет хорошо. Она, как дух спектакля. Абсолютно гениальная женщина. Я невероятно признательна судьбе, что мне выпала возможность воплотить этот образ.

- Где вы чувствуете себя дома?

- На сцене

- И не важно где географически эта сцена расположена?

- Нет. Абсолютно не важно. Важно, чтобы пришли люди, чтобы им нравилось, как я пою, чтобы они любили музыку и чтобы остались довольны после спектакля или концерта. Тогда я чувствую, что я дома, в кругу друзей.

- Придерживаетесь специального режима?

- Да, безусловно. Я встаю утром и благодарю Бога за то, что дал мне все, о чем можно мечтать. Потом слушаю лекцию рава Михаэля Лайтмана по Каббале, потом обязательные дыхательные упражнения и распевки, и только потом начинаю день. Еду на студию или в галерею. Смотря, что запланировано на день.

- Каббала ежедневно? Как вы к этому пришли, если не секрет?

- Да, стараюсь. Пришла - как все, наверное. Вопросами "Зачем живешь?", "Кто мы?" "Откуда пришли?" и "Куда уходим потом?". Каким-то образом? Опять же, насколько я понимаю, случайно. Я услышала лекции рава Лайтмана и поняла, что ответы на мои вопросы просты. Нужно только увидеть их и Каббала помогает мне в этом.

- Как подбирается музыка для исполнения?

- Тоже, наверное, как-то интуитивно. В голову приходят какие-то мысли. Они находят материальное выражение, складываясь в слова, в мелодию. Главным критерием служит духовная наполненность. Важно, чтобы зрители, приходящие ко мне на концерты вынесли что-то новое для себя не только в культурном, но и в духовном плане. Я стараюсь, чтобы уровень текстов и музыкального ряда всегда был высок. Иногда сочиняю музыку к стихам известных поэтов или меняю мелодии, добавляю свои аранжировки, как скажем в случае с "Конями привередливыми" Высоцкого. Но, в первую очередь, искренность и духовность - только так рождается настоящая музыка.

- А вам не кажется, что есть исполнители, чьи песни перепевать кощунственно. Высоцкий, например, с его конями…

- Нет. Абсолютно не кажется. Тем более, что Владимир Семенович - близкий друг моего отца. Бывал у нас в доме, и я его с детства помню. Да, и пою я его песню совсем не так, как он. С другой стороны, такой, как вы выразились, перепев позволяет музыкальному произведению существовать дольше. Люди его не забывают. Наоборот, те, кто в силу поколенческого барьера раньше не знали, получают возможность познакомиться с лучшими образчиками культуры прошлого.

- Где видите себя через лет десять?

- Наверное, в Иерусалиме. Очень хочу переселиться в этот город с его мощнейшей энергетикой. Не знаю, получится ли это в ближайшем будущем, но в перспективе планирую именно там обосноваться. Нет ни одного города в мире, который можно было бы сравнить со столицей Израиля. Иерусалим уникален по своей сути. Мечтаю, что когда-нибудь буду ходить по древним улочкам не как турист, а как настоящий столичный житель. Дышать воздухом и наслаждаться звуками Вечного города.

- Стимуляторы вашего творчества?

- Пожалуй, основной - любовь. Без нее невозможно творчество.

- Где языки учили? Сколько у вас в активе языков, кстати, и на скольких вы поете?

- У меня в активе четыре языка - грузинский, русский, английский, французский. А пою я на двенадцати. Грузинский, русский, французский - из детства. Мама и бабушки всегда настаивали на изучении иностранного языка и им стал французский, в доме говорили и пели по-русски и по-грузински - соответственно эти два языка я буквально впитала с молоком матери, а вот английский выучила будучи уже взрослой. Это любимый язык моего мужа и моего нового дома - Нью-Йорка. В Большом Яблоке я стараюсь говорить и петь по-английски как можно больше. Мне очень нравится этот язык.

- Возможно ли исполнить песню сердцем на языке, которого не знаешь?

- Безусловно. Ведь у каждой песни есть перевод и только четко понимая слова и настроение возможно петь сердцем. Я стараюсь, как можно точнее интонировать настрой каждой из моих песен. Готовлюсь. Изучаю соответствующую литературу. Стараюсь узнать как можно больше о том месте и обстоятельствах, в которых рождается песня. Я пою практически во всех жанрах: от романсов и баллад - до рэпа и джаза. Любая музыка может быть близка сердцам людей.

- Вы играете только по-русски и только для русскоязычной публики? Или был опыт выступлений, скажем, для французского зрителя?

- Спектакли мы играем в основном для тех, кто понимает по-русски. А концерты даем для любой публики. Вот совсем недавно было выступление на Бродвее полностью по-английски. Иногда мы делаем концерты для смешанной публики и тогда каждый, кто приходит, будь то испанец, русский, француз или американец, находит что-то свое. Принимают, надо сказать, на "ура".

- Можете назвать себя self-made? Или кому-то все же обязаны успехами?

- С одной стороны - да, так как никто не вложил в мою карьеру больше, чем я сама. С другой стороны - столько людей помогали мне по мере продвижения вперед, без них ничего бы не было. Или было бы, но по-другому. Не так, как сейчас. Поэтому я невероятно благодарна всем, с кем свел меня случай. Тот самый, Его Величество Случай, сыгравший в моей жизни и карьере немалую роль.

- Как силы восстанавливаете?

- В основном сон и длительные прогулки по берегу океана. Иногда беру с собой мольберт и краски. Останавливаюсь и рисую.

- Что пожелаете своим израильским слушателям?

- Я хотела бы пожелать им, чтобы они так же любили свое дело, как люблю его я. Все мы рано или поздно уходим, но пока живы - мы забываем, что душа существует. Надо жить во имя добра и во имя людей. Надо любить окружающий мир. Нельзя убивать из-за клочка земли или куска хлеба. Это - бессмысленно и преступно. Наше спасение - в общении друг с другом и в тепле, которое мы дарим друг другу.

Все по теме

ПА в Тегеране: процесс уничтожения Израиля запущен
В Иране поддержали нового премьера Ирака
В Тегеране разбился пассажирский самолет
США возобновляют переговоры по иранской ядерной программе
Иран утверждает, что передал ракетные технологии ХАМАСу
Иран: сторонники Палестины должны вооружить Западный берег
Али Хаменеи назвал Израиль ”бешеной собакой”
Зариф и Эштон обсудили ситуацию в Газе