Закрытая дверь

---

19.12 11:33   Ирина Петрова

Более 50 раввинов, служащих в местных раввинатах, поддержали призыв не продавать и не сдавать недвижимость арабам. К запрету присоединились раввины Иерусалима, Ришон ле-Циона, Герцлии, Нагарии, Кармиэля, Эйлата и других городов. Правда, ведущих религиозных лидеров страны среди них нет.

Началось это движение в Цфате, где главный раввин города Шмуэль Элиягу не только призвал не допустить "проникновения арабов в Цфат", но и начал травлю еврейского жителя, который посмел ослушаться запрета. Надо заметить, что шесть лет назад против рава Элиягу уже был составлен обвинительный акт за расистские высказывания в адрес арабских граждан.

На фоне этих событий почти незаметным прошло воззвание 25 тель-авивских раввинов о запрете сдавать квартиры иностранным рабочим и нелегальным беженцам из Судана. Отмечается, что его инициаторами стали сами жители Южного Тель-Авива. Еще раньше с аналогичным призывом выступили раввины Бней-Брака.

Ситуация складывается двусмысленная. С одной стороны, выступление религиозных деятелей как будто отвечает настроениям общества. Так, например, 46% жителей Акко, города со смешанным населением, не хотят жить рядом с арабскими соседями. С другой – оно носит слишком откровенный националистический и дискриминационный характер. Его критики резонно предлагают представить реакцию Израиля, если бы в одной из стран, называющих себя демократическими, кто-то запретил сдавать квартиры евреям.

Раввины выступают с позиций иудаизма, однако религия здесь не при чем. Как отметил духовный лидер сефардского еврейства рав Овадья Йосеф, осудивший призыв, ислам не считается идолопоклонничеством, поэтому на мусульман не может распространяться галахический запрет на продажу земли Израиля неевреям.

Как нетрудно заметить, речь идет об использовании религиозного авторитета в политических целях. И здесь смешиваются две тенденции. С одной стороны, личные политические убеждения многих раввинов, которые считают, что можно и нужно бороться за еврейский характер Израиля любыми способами. С другой – борьба за умы и настроения сограждан. "Харедим", в массе своей неработающие, не желающие служить в армии и живущие на иждивении государства, стремятся усилить свое влияние на общество, распространить его и на нерелигиозное население. Проблема проживания арабов в еврейских городах и кварталах оказалась для этого удачным поводом, поскольку она действительно волнует многих израильтян, как и проблема нелегалов и беженцев из Судана. Поймав "тремп", как говорят в Израиле, на острой теме, раввины сразу завоевали популярность в широких кругах, выступили в роли глашатаев народного возмущения против "слабого и нерешительного" правительства. Прежде никому не известные руководители городских раввинатов в одночасье стали героями дня. Именно этим объясняется широкое распространение раввинской акции по стране.

В свете этого постановления еще резче обозначился раскол в обществе. В то время как одни израильтяне вспоминают нацистские антисемитские законы, другие, например, представители движения "Против ассимиляции Святой земли", просят своих сторонников сообщать о сделках с арабами и обещают предавать гласности имена "нарушителей". Такая же "охота на ведьм" происходит и на палестинской улице. Там издавна преследовались те, кто продает землю евреям. А недавно суд пригрозил отступникам смертной казнью. Эти жесткие меры, объясняют власти, необходимы для создания палестинского государства.

Тем временем депутат Кнессета Михаэль Бен-Ари ("Ихуд Леуми") выдвинул законопроект о предоставлении иммунитета от судебных преследований раввинам, работающим на государственных должностях. Это предложение стало ответом на проверку нового постановления на предмет нарушения закона.

Суть раввинского демарша именно в том, чтобы противопоставить общество закону. Председатель Кнессета Реувен Ривлин совершенно справедливо сравнил авторов запрета с деятелями искусств, подписавшими призыв к бойкоту Дворца культуры в Ариэле. И те, и другие занимаются подстрекательством, и те, и другие пользуются своим авторитетом, вмешиваясь в те сферы общественной жизни, которые находятся вне их полномочий и компетенции.

Но происходит это из-за непрофессионализма и попустительства других людей, тех, кто по должности и по воле народа ответственен за данные сферы. Если бы власти Израиля на словах и на деле не подвергали сомнению право своих сограждан жить за "зеленой чертой", даже цвет нашей богемы не осмелился бы объявлять бойкот Ариэлю. Если бы проблема израильских арабов решалась на уровне правительства, призыв против продажи и сдачи жилья не обрел бы такое количество сторонников. Решение, конечно, непросто, но суть его сформулировал один из лидеров умеренного религиозного сионизма раввин Хаим Друкман. Он предложил, когда стоит вопрос о продаже или сдаче квартиры в аренду, разделять арабов на "верных" и "ненавистников Израиля". Такой подход не стоит ограничивать жильем. Нелояльные арабские граждане должны строго наказываться за свои антиизраильские выходки - вплоть до лишения гражданства, а лояльные – пользоваться теми же правами, что и евреи. Такое разделение, вкупе с последовательной политикой по отношению к палестинцам, могло бы помешать превращению арабских граждан в пятую колонну.

Но ничего этого не делается, а потому все честные люди перед лицом раввинской выходки чувствуют себя растерянными и пристыженными. С одной стороны, запрет выглядит чудовищно и антидемократично. С другой – проблемы существуют и усугубляются, а раввины предлагают хоть какой-то выход.

Запретить что-то очень просто, особенно в стране, где немалая часть населения прислушивается в религиозным авторитетом. Запретом сейчас надеются спасти недостроенный иерусалимский район Ноф-Цион, который из-за банкротства подрядчика собирается купить арабский бизнесмен. Но не правильнее было бы самим собрать деньги или найти еврейского спонсора?

Если пойти по пути запретов, то список "нежелательных соседей" будет расти. Вслед за арабами и иностранными рабочими в него попадут негалахические евреи, нерелигиозные, репатрианты, смуглые, рыжие, курносые…

Такие ограничения существуют в религиозных поселениях и кварталах. Даже в "смешанном" поселении Нокдим было принято постановление не продавать дома семьям, где хоть один супруг не является евреем по Галахе. Религиозные семьи опасались, что их сыновья могут завести "опасные" романтические отношения с нееврейскими соседками. Но тогда, по логике вещей, сыновей вообще нельзя до свадьбы выпускать за ворота поселения, как делается в иных кварталах "харедим". Впрочем, иные раввины, возможно, ностальгически вспоминают о тех временах, когда еврейские кварталы были отгорожены высокой стеной и никто не вмешивался в жизнь гетто...

Но когда Израиль создавался как национальный еврейский дом, его основатели вряд ли подразумевали, что дверь в этом доме будет закрыта от остального мира. Ведь и мир тогда имеет право отгородиться от Израиля и, равняясь на него, вводить аналогичные запреты по отношению к евреям. Еврейский характер состоит не в том, чтобы бежать, как от чумы, от всего нееврейского – в современной реальности это невозможно. Еврейский характер означает справедливое отношение к другим людям, в том числе и проживающим на нашей земле, и в том, чтобы быть примером, а не посмешищем для народов.

Обсудить на "Мнениях"

  РАСПЕЧАТАТЬ

Лента новостей

ЗА 12 Ч. ЗА 24 Ч.