MIGnews Реактивные Новости | Аналитика | В мире | Между политикой и анекдотом

"Франция – действительно старая страна", – шуткой начал свою жесткую антивоенную речь на заседании СБ ООН Доминик де Вильпен. Как было понятно всем присутствующим, колкость французского министра была аллюзией на несдержанность Дональда Рамсфельда в адрес "Старухи Европы". "Я – тоже представитель очень старой страны. Кстати, основанной в 1066 году французами", – продолжил шутку Вильпена министр иностранных дел Великобритании Джек Стро. И все, кого показывала камера, смеялись. Наверно, смеялся даже специальный посланник Ирака в ООН Мухаммад Аль-Дурри. Если смог расслабиться.

Выступающий после Джека Стро госсекретарь США Колин Пауэлл имел все шансы эту шутку продолжить, сказав, что США – хоть и молодая страна, но основывали ее и французы, и англосаксы, и немцы, и даже хранящие молчание в важном политическом споре голландцы. Но Пауэлл продолжать игру не стал – Америка не любит игр по установленным кем-то правилам. Американцы уже привыкли, что речи Пауэлла по-военному четки, по правилам американской риторики в меру эмоциональны. К тому же в этот день он был явно не настроен шутить.

Настроение Пауэллу испортил руководитель инспекции по разоружению Ирака доктор Ханс Бликс. Мало того, что этот "всякий прочий" швед выразил удовлетворение итогами интервью с тремя иракскими учеными, занятыми в военных разработках, и отметил более активное сотрудничество иракских властей, что само по себе ожидаемо и протокольно – не остановившись на этом, он поставил под сомнения выводы самого Пауэлла. И ведь едва только удалось убедить практически всю Америку в необходимости войны...

"Пилюля", Бликса была, правда, подслащена упоминанием ракет с запрещенным радиусом действия, но это – старая, не раз уже обсуждавшаяся в Америке, тема.

Речь Бликса была не единственным огорчением Колина Пауэлла на этом заседании. Тон противников силового решения не только нисколько не смягчился, но стал еще более твердым. Речь Доминика де Вильпена, построенная на тезисе о том, что проведение военной операции будет способствовать радикализации всего ислама и может в конце концов перерасти в войну культур, прошла под аплодисменты собравшихся. Ни одна из "неопределившихся" стран – того политического направления, которое Владимир Ильич презрительно называл "болотом" – не прониклась американской аргументацией. Скорее можно говорить о противоположном. Даже сторонник силового решения – Болгария – заняла более умеренную позицию.

Оппозиция ведущих держав на заседании Совета Безопасности стала для администрации Буша достойным завершением тяжелой недели. Во вторник я писал о том, что биржа неожиданно начала играть на повышение. На следующий день стало ясно, что за информацией обладали биржевики. Кроме согласия Ирака на полеты самолетов-разведчиков U-2, в актив миротворцам должна была пойти и беспощадная критика, которой подвергли администрацию Буша экономисты. Усиленная активным лоббированием Франции и Германии и поднимающейся волной антивоенного движения внутри страны, подобная критика вполне могла бы сдвинуть с места центр тяжести политического истеблишмента.

Но тут появилось обращение бин Ладена. Слова бин Ладена о единой с Саддамом борьбе окончательно обеспечили сторонникам жесткой линии симпатии большей части американцев. Но даже, принимая во внимание этот факт, вряд ли кто-то из ястребов был реально рад трансляции обращения. Слишком уж много ран на единицу времени для американской нации. Ведь ладно бы такое произошло в золотые времена экономического подъема, когда большая часть встреч "на высшем уровне" проходила под лозунгами "Мир. Дружба. Хайтек". Нет. Строптивые европейцы вздумали взбунтоваться именно в тот момент, когда американцы наводят порядок в убежищах в ожидании корейских ракет и терактов бин Ладена.

Пауэлл не ответил на шутку европейцев. Может зря? В такой ситуация юмор – самая здоровая реакция на происходящее.