Египет на перепутье

В оценке египетских событий мировая общественность расходится почти диаметрально. Большинство экспертов предрекают стране долгий период смут и междоусобиц. И все же вызывает уважение народ, который не успокоился и вновь вышел на улицы, поняв, что власть его не устраивает. Одновременно произошла неожиданная переоценка понятий: выяснилось, что военный переворот – это хорошо, если он совершается при поддержке большинства населения, а революция – плохо, если она не дает желаемого результата.

Впрочем, говорить о результатах пока рано, поэтому аналитики больше обсуждают ошибки, сделанные Мурси и «Братьями-мусульманами».

Разумеется, главной причиной народного возмущения стало экономическое положение, которое новая власть даже не попыталась исправить, сведя все усилию к насаждению ислама. Но, как метко выразился один из лидеров оппозиции Мухаммед аль-Барадеи, «шариат на хлеб не намажешь». Да и попытки исламизации общества обернулись против режима – светские египтяне их не приняли, а радикальные салафистские круги упрекали правительство в половинчатых мерах.

Президент, возможно, мог исправить ситуацию, если бы раньше отреагировал на народное недовольство – пересмотрел конституцию, отправил в отставку беспомощное правительство, перестал ущемлять права меньшинств, женщин и светского населения. Первые крупные выступления против Мурси произошли еще в октябре 2012 года, но он продолжал сосредоточивать власть в своих руках и в итоге оказался смещен, поскольку за ним, в отличие от Башара Асада, не стояла армия. Именно она в считанные часы решила судьбу режима.

Египетскую армию сегодня называют единственным не развалившимся институтом страны, оплотом стабильности и светского характера государства. Десятилетиями военная служба была единственным «социальным лифтом» для бедноты. Способные молодые офицеры отправлялись учиться в США и Европу, получая там иммунитет против исламистского мракобесия. У военных есть и другие причины не любить «Братьев-мусульман» - армейская верхушка контролирует 40% экономики в стране и не заинтересована в появлении новой олигархии, как и в новых потрясениях.
Именно армия в 1952 году свергла короля Фарука I и объявила Египет республикой. Все прежние президенты – от Насера до Мубарака – были выходцами из военных кругов. Но когда Хосни Мубарак утратил народную поддержку, военные отказались подавлять протест и обеспечили успех египетской революции.
Мурси попытался нейтрализовать влияние армии, уволив ряд генералов. Но заменить их можно было только другими офицерами, которые тоже не любят исламистов и которые в конечном итоге отстранили президента от власти.

Но армия лишь поддержала народный бунт. Его инициаторами стали общественные организации, прежде всего молодежное антиисламистское движение «Тамаруд» («Восстание»), созданное в апреле 2013 года на базе «Египетского движения за перемены». Именно «Тамаруд» собрал около 22 миллионов подписей за отставку Мурси.
В союзе с ним действует «Вафд» («Новая партия представителей»), который шел на выборы 2011 года с центристской программой.
Еще одна влиятельная антиисламская сила в Египте – копты. Они составляют около 10% населения страны и выступали в 2011 году против Мубарака, а сейчас – против Мурси и «Братьев-мусульман».
Радикальная салафистская партия «Аль-Нур», казалось бы, должна находиться по другую сторону баррикад. Но она согласилась сотрудничать с армией, рассчитывая получить свою долю при дележке властного пирога и сохранять ценности ислама. В этом «Аль-Нур» уже проявила себя, выступив против назначения премьер-министром светского политика Эль-Барадеи.

Таким образом, «Братья-мусульмане» оказались в одиночестве, брошенные даже своими единомышленниками. Но у них осталось немало сторонников еще со времен Мубарака, когда запрещенная организация олицетворяла свободу и справедливость (что нашло отражение в названии ее политического крыла). Ряд аналитиков считает, что опала и аресты снова вернут «Братьям» популярность в глазах египтян. Тем более что и новому режиму не удастся быстро решить экономические проблемы, а стремление военных создать светское правительство (об этом говорит попытка назначения Эль-Барадеи) может вызвать обратную реакцию - рост религиозного сознания масс.

Потому самое разумное для «Братьев-мусульман» было бы сейчас согласиться на предложенную военными «дорожную карту» и принять участие в новых выборах, но остаться в оппозиции. Тогда через некоторое время, используя общественное недовольство безработицей и нищетой, они могли бы придти к власти мирным путем либо возглавить очередное восстание. Но пока «Братья» и их сторонники идут на открытый конфликт, о чем свидетельствуют многочисленные столкновения в последние несколько суток. Страсти еще могут успокоиться, но не исключено, что армии придется вмешаться в противостояние и потерять свой имидж «силы над схваткой». Военные понимают эту опасность, а возможно, не уверены в лояльности своих солдат – не случайно в ночь на 6 июля они не торопились остановить кровопролитие.

И все же у Египта меньше шансов, чем у Сирии, скатиться в пучину гражданской войны. У «Братьев-мусульман» нет собственного военизированного крыла, которое может противостоять регулярной армии. Да и идея народного единства пока еще дорога египтянам. Но разделение народа на два противоборствующих лагеря становится все очевиднее, и кое-кто предсказывает Египту распад страны на несколько автономных областей. Главная проблема либеральной оппозиции - отсутствие единого лидера; впрочем, нет его и у исламистов, несмотря на то, что они лучше организованы и идеологизированы.

Из-за стремительной смены власти в Египте первым пострадал ХАМАС. Недавно потерявшие покровителя в лице Дамаска, власти Газы возлагали большие надежды на «Братьев-мусульман». Между тем, военные уже в пятницу закрыли контрольно-пропускные пункты между Египтом и сектором, и, несомненно, утроят усилия по ликвидации тоннелей. Если египетская блокада Газы продлится какое-то время, международное сообщество наверняка потребует послаблений от Израиля. ХАМАС же, лишившись финансирования и поставок оружия, начнет еще настойчивее добиваться политической легитимации или, наоборот, пойдет на смычку с экстремистами Синая. В этом случае ситуация на полуострове, где произошло уже несколько столкновений исламистов с военными и полицией, станет еще опасней для Израиля.