|
 |
Аналитика СНГ

 |
 |
ГКЧП: десять лет спустя
04.02 12:09 | Наталия Ипатова, MIGnews
|
Большинство членов ГКЧП нашло себя в новой России (естественно, за исключением тех, кто покончил жизнь самоубийством). А один из "гэкачепистов", губернатор Тульской области Василий Стародубцев, создает общественный комитет по реабилитации ГКЧП.
Десять лет назад для многих граждан СССР – по крайней мере, для жителей двух столиц, - мир стал черно-белым. Все было ясно: где враги и где друзья, где правда и где ложь, где будущее и где прошлое. Был пьянящий азарт причастности к Истории и одновременно ощущение какой-то нереальности происходящего – будто это все кино, в котором всем выпало играть главные роли.
Рано утром 19 августа, включив телевизоры и услышав классическую музыку вперемешку с дикторами Центрального телевидения, отстранено читающими текст с непроизносимой (как тогда казалось) аббревиатурой – ГКЧП, - советские граждане хватались за телефоны и будили друзей, родственников, знакомых. Те тоже включали телевизор, и снова звонили телефоны...
В редакции петербургской газеты “Смена”, являвшейся тогда самым демократическим изданием города (да и в Москве хорошо известной) царило лихорадочное оживление. Коммерческая служба увозила на “конспиративную квартиру” факс и копировальный аппарат (по телевизору зачитали какой-то приказ о контроле за копировальной и звукозаписывающей техникой), журналисты решали, не стоит ли заодно спрятать и диктофоны, и все вместе ждали – что будет дальше? Дальше теоретически могло быть следующее – блокирование Дома прессы милицией или армией и силовой запрет на выход неблагонадежных изданий.
Однако никаких силовых действий не последовало. Последовали лишь указания давать тексты на вычитку цензору – которые “Смена” благополучно не выполнила. Тираж газеты на следующий день практически вдвое превысил обычный – чтобы развести ее по городу, приехали (добровольно) десятки автомобилистов, на советских “жигулях” и редких тогда иномарках. Светлые сиденья нещадно пачкала свежая типографская краска, но никому из хозяев машин до этого дела не было – они спасали демократию. Без всяких кавычек.
Ночи в редакционных кабинетах; горожане, приносившие в редакцию домашние пирожки и рыночные арбузы; почему-то шампанское; и, наконец, первое интервью находящегося в Фаросе президента СССР Горбачева, которое взял по телефону сменовский журналист, юный (ему и 20 тогда еще не было) Гоша Урушадзе... Лишь спустя какое-то время стало ясно, что это были наши лучшие дни. После не было суждено повториться ни такому единению, ни такой искренности, ни таким тиражам. И митинг 20 августа 1991 года на Дворцовой площади стал самым массовым за всю историю города.
В Петербурге почему-то раньше, чем в Москве, почувствовали, что путч – обречен. Может, потому что на улицах не было танков, может, потому что многие герои перестройки были родом из Питера.
История, как известно, не терпит сослагательного наклонения. Тем не менее, 10-летняя годовщина путча и победы над ним породила массу рассуждений на тему: “что было бы, если бы ГКЧП победило”. Кто-то заявляет, что Советский Союз тогда уподобился бы Северной Корее, став огромным диктаторским государством. Кто-то – что Советский Союз бы все равно распался, только с большими, нежели это случилось на самом деле, потрясениями. И Россия бы тоже распалась.
Сами путчисты, - о которых по случаю круглой даты вспомнили журналисты и дали им возможность высказаться, - естественно, уверяют, что хотели своей стране только блага. И что все их действия были если не согласованы с Горбачевым, то уж как минимум не явились для президента СССР неожиданностью. По словам одного из лидеров ГКЧП, экс-вице-президента СССР Геннадия Янаева, планы введения в стране чрезвычайного положения разрабатывались с ведома Горбачева, однако сам президент осуществить их попросту боялся. “Ему было выгодно нашими руками решить все свои проблемы, включая проблему Ельцина”, - заявляет сейчас Геннадий Янаев, уверяя, что ни о какой изоляции Горбачева в Фаросе на самом деле речи не шло и что ГКЧП никогда бы не допустило проявления насилия – ни в отношении рядовых граждан, ни в отношении Горбачева.
“Те люди, которые помешали нам, совершили настоящее преступление”, - считает сегодня другой путчист, бывший глава КГБ СССР Владимир Крючков. Главной же ошибкой ГКЧП Крючков считает то, что они тогда не обратились напрямую к народу и “не раскрыли людям глаза”.
Но дальше всех пошел губернатор Тульской области Василий Стародубцев. Бывший участник Государственного комитета по чрезвычайному положению в СССР заявил, что занимается созданием общественного комитета по реабилитации ГКЧП.
Вряд ли, однако, идея Стародубцева будет поддержана широкими массами общественности. И дело не в том, что путчистов по-прежнему считают предателями и врагами. Просто для подавляющего большинства российских граждан события августа 1991 года – это “дела давно минувших дней, предания старины глубокой”. Как показали социологические опросы, люди не помнят (или не хотят вспомнить), кто входил в ГКЧП. Более того – многие во время опросов заявляли, что не помнят, какую сами занимали позицию в те дни! Вряд ли у народа столь короткая память. Скорее просто люди не считают подобные воспоминания для себя важными. Нет той страны, и слишком многое изменилось в жизни...
И еще одна любопытная деталь – почти все путчисты, превратившиеся на несколько августовских дней в активных ньюсмейкеров, считают Путина хорошим президентом. Такого же мнения и многие защитники Белого дома. Все довольны – так зачем ворошить старые раны?
Кстати, нынешнее руководство России не проявило интереса к 10-летию победы над путчем. И это – тоже показатель.
Обсудить тему Внутренняя политика России
Все по теме: Внутренняя политика России
|
 |

 


19:07 | "Курск": обошлось без чужой подводной лодки?

08:05 | Кремлю срочно требуется чеченский президент

20:32 | Православных призвали дать отпор Ватикану

19:01 | Грядет ссора президента с Госдумой?

14:32 | Россия и ВТО: осталось обсудить детали

|




 |
Просмотр новостей
|
Всего: 67 |
|